— Как паренек из поволжской глубинки стал генералом, отвечающим за безопасность огромной границы?
— Не буду лукавить, что с пеленок мечтал стать пограничником. Впрочем, фильмы про границу любили смотреть все мальчишки… После окончания сельской школы я собрался поступать в Ульяновское военное училище связи. Даже отправил туда документы, но меня не приняли по возрасту — полгода не хватило до 17 лет. Обидно было.
Решил до призыва в армию поработать и набраться жизненного опыта. Для чего отправился к родственникам в город Волжский Волгоградской области — устроился монтажником.
А в конце 60-х как раз разгорелся конфликт на советско-китайской границе, принявший особую остроту в марте 1969 года. Конфликт вокруг острова Даманский перерос в серьезные вооруженные столкновения с привлечением войск (в мирное время погибли 58 наших пограничников), за боевыми действиями на далекой границе следила вся страна. Такого патриотического порыва не было, пожалуй, со времен Великой Отечественной войны. Пограничники в один момент стали героями.
И мы с друзьями тоже решили охранять границу нашей Родины. Можно сказать, прямо рвались в бой. Сразу человек девять, наверное, из нашей компании поехали поступать в пограничное училище в Москву.
Поступили все, но закончили обучение и стали пограничниками лишь некоторые. Потому что одно дело — учиться в столице и совсем другое — служить где-нибудь в тьмутаракани, без цивилизации, без привычного окружения, в замкнутом мирке со своими строгими правилами, жесткой дисциплиной, в постоянном напряжении...
После первого же выезда на далекую заставу у многих романтиков вся романтика улетучилась напрочь. Остались только те, для кого граница оказалась смыслом жизни. Для этой службы нужен особый склад характера.
— У вас оказался именно такой характер?
— Видимо... Я как-то на досуге подсчитал, что за время службы побывал более чем в 250 населенных пунктах — городах, поселках как в России, так и за ее рубежами. И когда только начинал службу непосредственно в пограничных округах, и когда уже занимал руководящие посты в Москве, приходилось проводить в разъездах большую часть времени. Как правило, ежемесячно (по полмесяца!) был в командировках на самых разных участках нашей огромной границы. Нелегкая доля.
— А юношеская мечта сбылась — удалось вам принять участие в каких-то чрезвычайных ситуациях при защите рубежей Родины?
— Ко времени окончания моей учебы в училище конфликт на реке Уссури вокруг острова Даманский был уже, конечно, урегулирован, как и другой конфликт на границе с Китаем — у озера Жаланашколь в Казахстане.
Но службу я начинал тоже на советско-китайской границе — на заставе в Забайкальском пограничном округе. У нас периодически случались всякого рода острые моменты, тем более что по нашему участку проходила Китайско-восточная железная дорога — КВЖД. А там, где есть железная дорога, всегда много нарушителей.
— Вы лично участвовали в операциях по их задержанию? Это было опасно?
— На границе особая служба: никогда не знаешь, что ждет тебя, когда заступаешь на дежурство. Может пройти много совершенно спокойных дней, но ты ни на минуту не имеешь права расслабиться, притупить бдительность. Ну, а задержания, конечно, всегда сопряжены с опасностью. Я непосредственно участвовал в задержании нескольких перебежчиков — нарушителей границы, в том числе особо опасных, за что награжден своей первой медалью.
— Словом, романтики пограничной вы хлебнули, прежде чем оказались штабистом…
— В штабной работе тоже есть романтика, только иного уровня. Профессионалы меня поймут... Что же касается границы, то с ней я не расставался до последнего дня службы. Вот, например, мало кто знает, что российские пограничные войска наряду с другими участвовали в афганских событиях. Просто нам не нужно было «светиться», но именно мы осуществляли особые мероприятия по обеспечению безопасности рубежей Родины на границе с Афганистаном.
Или взять наших миротворцев в Косово, где пограничники тоже присутствовали, и я там бывал… Наверное, проще сказать, где я не был! Но в этом нет ничего особенного, это служба.
— Понимаю, что в силу специфики бывшей службы вы не слишком разговорчивы и избегаете подробностей. Тогда поговорим на вполне безобидную тему. Как вы, профессиональный пограничник, стали заслуженным работником физической культуры России? За какие-то личные достижения в спорте?
— Нет, к сожалению. Хотя смолоду занимался спортом — бегом и боевыми видами. Спортивная составляющая имеет большое значение в подготовке личного состава органов госбезопасности. Общество «Динамо» создано в 1923 году по личному указанию Феликса Дзержинского — сначала в Москве, потом по всей нашей стране. Дзержинский отлично понимал, что хороший чекист должен всегда совершенствовать не только морально-волевые качества, но и физическую подготовку.
С тех пор физкультуре и спорту в наших войсках придавали огромное значение. Неудивительно, что многие из динамовцев принесли спортивную славу Родине, представляя ее на международных соревнованиях, становясь чемпионами мира и победителями Олимпийских игр. Удельный вес динамовцев в сборных командах был подавляющим, особенно по стрелковому спорту, игровым видам, гимнастике, легкой и тяжелой атлетике, борьбе, конькобежному спорту, фигурному катанию.
— Так что же это получается: железного Феликса можно считать одним из основателей советского, а затем и российского спорта? Удивительно.
— Ничего удивительного. Для тренировок нужна база, и общество «Динамо» стало строить спортивные сооружения. Начиналось все с банального стрельбища в Мытищах, потом методом народной стройки возвели в Москве водную станцию и стадион «Динамо». Именно на этих площадках прошла в 1928 году первая Всесоюзная спартакиада. По всей стране строились стадионы, создавались спортивные секции и кружки, в том числе детские. Общество занималось также выпуском спортинвентаря и спортивной одежды. Словом, все началось с нашего «Динамо».
— Все же, как именно вы — генерал — стали спортивным деятелем?
— Да все логично! Занимаясь подготовкой личного состава пограничных войск, я многие годы ведал и спортивной составляющей, являлся членом Центрального совета «Динамо». Я уже говорил, что в нашем клубе всегда было много сильных спортсменов. Но настоящего триумфа мы добились на летних Олимпиадах в Сиднее в 2000 году и в Афинах в августе 2004 года.
Олимпийская сборная России на треть состояла из наших спортсменов. И каких! Динамовцы завоевали рекордное количество медалей: в Сиднее — 55, в Афинах — 54. Двукратными олимпийскими чемпионами стали две Насти — синхронистки Ермакова и Давыдова, велосипедистка Ольга Слюсарева, гимнастка Анна Павлова, гребец на байдарке и каноэ Александр Костоглод...
По итогам Олимпиад были отмечены организаторы спортивной работы, вот тогда мне и присвоили звание «Заслуженный работник физической культуры России». Горжусь этим званием не менее, чем своими военными заслугами.
— После того, как вы уехали учиться в Москву, ваша жизнь больше не была связана с Ульяновской областью. Как же вы стали членом Ульяновского землячества?
— Иногда приезжал в Вешкаймский район к родне, однако не так часто, как хотелось бы. Сами понимаете — служба. Но, конечно, я никогда не забывал о своей малой родине и постоянно интересовался, что происходит в нашей области. Если по телевизору, радио или в газете слышал-видел слово «Ульяновск», всегда обращал внимание, ну и родные рассказывали о своей жизни.
А про землячество узнал совершенно случайно. Как-то на одном из соревнований по каратэ познакомился с Сергеем Николаевичем Рябухиным, который, как и я, был там организатором. Разговорились, оказалось, что мы — земляки. От него-то и узнал, что в Москве есть Ульяновское землячество, и, конечно, захотелось вступить в его ряды. Считаю, очень правильно, что создали такую общественную организацию — сообщество близких по духу людей. Здесь есть возможность найти поддержку и просто встретиться со своими, что очень важно, когда живешь в таком мегаполисе, как Москва, где народу много, а по-настоящему близких людей мало.
Земляки — это почти родня... Нет, порой даже больше, чем родня. Когда впервые пришел в землячество, чтобы написать заявление о вступлении, и увидел Геннадия Александровича Савинова, его лицо мне показалось знакомым. И я ему тоже показался знакомым...
Мы друг на друга посмотрели внимательно, но сразу не вспомнили, где встречались. Разговорились. Слово за слово, и оказалось, что один мой товарищ из родного села учился вместе с Савиновым в Ульяновском педагогическом институте. А когда я был проездом в Ульяновске, ночевал у друга в студенческом общежитии прямо на кровати Савинова, — они тогда с моим товарищем жили в одной комнате.
Когда мы с Геннадием Александровичем вместе вспомнили об этом, я понял, что мой приход в землячество закономерен, и мне здесь будет хорошо.
Стараюсь участвовать в различных мероприятиях нашего товарищества, направленных на помощь родному краю. В частности, мне удалось помочь с обеспечением спортивным снаряжением некоторых детских учреждений Ульяновской области. И, честно скажу, испытываю от этого большое удовлетворение.
Мне нравится, что правление землячества трепетно относится к ветеранам войны и труда, которых у нас достаточно много. Когда их собирают на праздники, надо видеть, как светятся лица заслуженных людей от простого человеческого внимания… При необходимости землячество помогает им в трудную минуту. Повторю: важно сознавать себя частью ульяновского братства, знать, что земляки рядом и, если надо, подставят плечо.
По книге «Живая связь. Ульяновское землячество в Москве», 2011.